Тарифы
Возможности
Блог
Контакты
+7 (499) 769-38-68

ИНТЕРВЬЮ С ЗАМЕСТИТЕЛЕМ ГЕНЕРАЛЬНОГО ДИРЕКТОРА ПО ИНЖИНИРИНГУ ООО "ЭСК "ЭНЭРГОМОСТ"

НОВОСТЬ
11 ноя 2021

ООО «ЭСК «Энергомост» — специализированная строительно-монтажная организация.
Виды деятельности:
- проектирование и строительство объектов электросетевого хозяйства напряжением до 500 кВ;
- строительство дорог и мостов;
- строительство технологических трубопроводов большого диаметра;
- обустройство месторождений нефти и газа.

Штат ООО «ЭСК «Энергомост» в настоящее время составляет 2200 человек, высококвалифицированных рабочих и ИТР. Парк машин насчитывает более 800 единиц специальной техники.

Заместитель генерального директора по инжинирингу Антон Огай рассказал, как компания выбирает конкурсные процедуры для участия, какие сложности испытывает из-за устаревших сметных нормативов и почему строительным организациям важно участвовать в проектировании объектов, которые они планируют в будущем строить.

МЦР: Антон, ваша компания выполняет строительство объектов различных видов. А что приносит большую часть выручки?
Антон Огай: 70% выручки приносит электросетевое строительство, еще по 15% — строительство автодорог и трубопроводов.

МЦР: А как распределяется портфель заказчиков?
Антон Огай: В электросетевом строительстве 60-70% суммарной стоимости проектов приходится на ПАО «Россети», оставшаяся доля распределяется между частными компаниями. Например, сейчас работаем с ПАО «Газпромнефть», ООО «Удоканская Медь» и ООО «ЗАРУБЕЖНЕФТЬ-добыча Харьяга».

МЦР: А с какими компаниями больше нравится работать? С государственным участием или частными?
Антон Огай: К каждому заказчику нужен свой подход. Из особенностей: у частных компаний, как правило, большие отсрочки платежей — от 30 до 90 дней со дня закрытия. Компании с государственным участием рассчитываются по факту выполнения работ: отработал — закрылся — деньги получил.

МЦР: Как выбираете перспективные проекты?
Антон Огай: Компании с государственным участием обязаны утверждать инвестиционные программы, которые хранятся потом в открытом доступе. Для того, чтобы выбрать проект, например, группы «Россети», достаточно открыть ресурс GIPRO и найти титулы на строительство.
О частных проектах мы узнаем только через средства массовой информации, участие в выставках, личные знакомства. Проекты с частным инвестированием составляют примерно 30% от суммы всех наших проектов.

МЦР: Приятно, что пользуетесь нашим продуктом. Какие впечатления?
Антон Огай: Полезная платформа, особенно для тех, кто работает на рынке электросетевого строительства. Нашел интересные объекты, о которых не знал. В будущем они будут реализованы, и мы за ними следим. Стоимость проектов рассчитана по укрупненным нормативам цены. К сожалению, расценки УНЦ перестали отражать реальные цены, тем не менее дают понимание, какие строительные ресурсы будут использованы. Мы сами пользуемся GIPRO еще и для выполнения расчетов по УНЦ.

МЦР: С момента утверждения инвестпрограммы до объявления конкурса на строительство объекта проходит несколько лет. Стоимость реализации может сильно измениться. Как оцениваете риски от участия в проекте?
Антон Огай: Прежде всего рассчитываем стоимость проекта по ресурсному методу, учитываем регион и сроки реализации. Если строительство запланировано через год, закладываем коэффициент 15-20% на увеличение стоимости ресурсов, еще столько же на непредвиденные расходы. Но, как показала ситуация с ценами на металлопродукцию, не всегда рост стоимости предсказуем и укладывается в заложенные индексы.

МЦР: Были ли проекты с нулевой или отрицательной рентабельностью, когда ваша компания взялась за проект, а он оказался невыгодным?
Антон Огай: как правило, все последние проекты на входе показывают отрицательную или нулевую рентабельность. Сейчас будут проходить конкурсные процедуры для объектов из инвестиционной программы, утвержденной 3-4 года назад. За это время все цифры изменились. Однако пока не вышла проектная документация, сводный сметный расчет (ССР), заказчик не может внести изменения. На свой риск подрядчики заходят в такие проекты, ждут выхода ССР и рассчитывают, что стоимость скорректируется и они получат свои деньги.

Чтобы таких ситуаций не было, проектировщики и строители должны работать согласованно. Тогда получится проект, приближенный к жизни, который можно реализовать без прохождения дополнительной экспертизы и «выбивания» денег.

Я вообще за то, чтобы отдавать проектирование и строительство в одни руки. Запроектировал — должен построить. Сейчас проектанту неважно, с какой стоимостью он прошел экспертизу: 5, 10, 100 миллионов. Получил положительное заключение, взял деньги за выполненную работу, а дальше мяч на стороне строителя. Строитель начинает обосновывать заказчику, почему объект стоит не 100 миллионов, как в проекте, а 200. Запускаются согласования, строительная организация за свой счет проводит проектные работы, заходит в экспертизу и доказывает, что стоимость реализации объекта в 2 раза выше. При этом переутверждение проекта занимает до двух лет. Это приводит к задержке в строительстве и невозможности ввести объект в основные средства согласно срокам.

МЦР: Процесс прохождения экспертизы / выбивания денег, наверное, не самый приятный?
Антон Огай: Нервный процесс. К тому же сдвигаются сроки по договору на год-два. Некоторые заказчики относятся к ситуации с пониманием, а некоторые штрафуют. В этом случае не только нервы тратятся, но и средства компании.

МЦР: На этапе разработки ПСД еще неизвестно, кто будет строить объект. Если бы конкурсы на разработку проектной документации и строительство игрались в одно время, можно было бы сотрудничать с проектными организациями.
Антон Огай: По некоторым перспективным объектам мы подключаемся на стадии проектирования в расчете на то, что впоследствии выиграем строительство. Недавно работали с проектантами по одному титулу. В инвестпрограмму когда-то была заложена стоимость, после совместной проработки и составления проекта организации строительства (ПОС) цифра выросла в 2 раза. Увеличение произошло из-за особенностей технологии строительства в конкретном регионе, сложной логистики и других негативных факторов. Заказчик скорректировал инвестпрограмму, и на конкурс проект вышел с новой стоимостью. Если бы мы не подключились, проектант бы вышел на сумму из инвестпрограммы, а заказчик потерял время.

МЦР: При этом нет гарантий, что конкурс на строительство выиграет ваша компания? Бесплатно работали с проектировщиками?
Антон Огай: Гарантий нет. Работали за символические деньги. Выполнили некоторые разделы проектной документации за 10-15% от справедливой стоимости. Нам интересен проект, мы доказали заказчику компетентность, знаем все нюансы и рассчитываем выиграть конкурс на строительство.
Кстати, бывали и другие ситуации. Однажды мы откровенно демпингнули и выиграли проектирование с прицелом на последующее строительство. На маленьком контракте получили огромное количество пересогласований. Заказчик постоянно менял технические решения. Вишенкой на торте стало, когда на стадии окончания проектирования вдруг сказал: «А запроектируйте еще ОРУ 35 кВ на ПС и пересчитайте все режимы». Это сразу отбросило нас в начало работ. Опыт разработки ПСД убедил не продолжать сотрудничество с этим заказчиком.
Мы получили убыток на стадии проектирования, но выиграли от решения не заходить в строительство — там бы нас ждал еще больший убыток.

МЦР: Антон, большое спасибо за интересный разговор! Надеемся, ваш опыт поможет другим компаниям. И спасибо, что выбираете GIPRO.